Алтай Болтай

Когда-то я уже писала про необыкновенную herrison. Эта девушка, по образованию культуролог, живет зимой в Москве, в остальное время организует туры по Алтаю. Причем, делает это, мне кажется, искренне и с какой-то особой любовью к Алтаю (типа моей) – смеси восхищенья, благоговенья и магнитной тяги. У нее есть помощники на Алтае, я бы назвала их – посланники. В общем, вся информация есть на «Эко Алтай».  Там подобрано все, от состава продуктов в тур до расписания самолетов на Алтай и поездов с автобусами и маршрутками по Горному Алтаю.

Мне кажется, это хороший способ путешествия. И тропы нехожены, и костер горит, каша варится, лошади стоят и ждут…

Природа шлет мне всякие знаки, например, такие. Пришла к нам новая сотрудница по фамилии Буйгашева. Где-то я эту фамилию слышала? А, вспомнила – когда-то на Конференции познакомилась с симпатичной милой изящной женщиной примерно такой же фамилии. Полезла в визитницу, читаю: Светлана Владимировна Буйдашева, зам министра экономического развития и инвестиций Республики Алтай. Алтай, понятное дело, меня не отпускает еще.

Выяснила с помощью Всемирного Разума (Интернета), что сейчас республиканское правительство готовит в Республике Алтай  особую экономическую зону (ОЭК) с льготным налогообложением, задумано большое строительство и что Светлана Буйдашева написала диссертацию по теме «Особые экономические зоны Алтая». И под это дело работает целый Инвестиционный Комитет в Минрегионразвития РФ.

Я клоню к тому, что для «алтайского Эсалена» готовится пространство, мне кажется. Его называют сейчас «Алтайская Долина». Схему планировки можно посмотреть здесь , а сам проект изложен на сайте . Там же есть сведения о банке данных земельных участков, которые сдаются в аренду.

На мой взгляд, вполне созрела возможность организации «российского Эсалена» (по типу Esalen Institute, California), как его долго лелеяли новые практики-психотерапевты, умельцы российские, на западе выученные. Податься в министерство с проектом научно-исследовательского культурно-духовного центра, чтобы реализовывать его на базе строящихся гостиниц, парков и нетронутых лесов, в качестве руководителя проекта? Конечно, проект «Алтайская Долина» каким-то образом уже насыщен, во всяком случае в бизнес-плане должно быть прописано. Но кто понимает, тот ка-а-а-ак закрутит программу, так канал и откроется.

В сети я недавно повстречала блог журналистки Киры Богословской, которая замечательно изложила свое путешествие в Эсален и свою точку зрения на создание «российского Эсалена». Я читала ее записи просто взахлеб, не вставая, так было интересно. Ее тексты:
Эсален ч 1
Эсален ч 2
Эсален ч 3

Основное оттуда все же позволю процитировать. Вот что Кира пишет:
«Российский Эсален» в том виде, в которым мы о нем мечтали, в данный период времени в России на мой взгляд, невозможен; невозможен не как эзотерически-духовный центр (такого у нас много), а как место, имеющее инновационный потенциал, дающий начало новой культуре. Такого не позволяет как наша культура, потенциал и «запрос» которой на новое невелик, так и рынок, запрос которого сегодня очень практичен. На мой взгляд, то, что могло бы стать Эсаленом, возможно было бы в рамках неких специальных мест в российской культуре, не опосредованных масскультурными запросами и «подпитанных» материальным ресурсом или социальной задачей. Прототипом таких мест в советское время были академгородки – Новосибирский, Пущино, Черноголовка и др. В ином случае все уйдет в создание стереотипа, выполняющего запрос среды.
«Российский Эсален» невозможен как организация, институт, центр – ибо все это тут же столкнется с давлением рынка и переродится, «слиняет», заразившись обычным нашим двоемыслием. Роль российского Эсалена может играть обмен мыслями и текстами и личностное (не статусное) общение; никакое не «тайное братство» – напротив, максимально открытое общение, позволяющее «узнавать своих». Сюда же – природность с преодоленной тягой к язычеству с одной стороны, к «усадебности» – с другой и к «походности» – с третьей. Сюда же – сеть; Интернет и не только. Вообще для меня эта тема сейчас как-то сильно связана с медийностью, ибо именно медийные люди не могут не понимать, что создаваемые ими миры – не столько их миры, сколько порождение потребительской культуры – после чего немедленно возникает мысль о том, какой же должен быть «наш» мир, не созданный на потребу публики. Как ни странно, никакое российское современное искусство не входит в орбиту, ибо непонятно, как ему выйти за ту нишу, которую оно и так с трудом заняло и которая является условием его существования. То, как может выглядеть «соединяющее» это все место в культуре, аккумулирующее инновации в сфере психологии, культуры и духа – это большой вопрос…».

Вопрос этот, я полагаю, в том числе и ко всем новым апологетам духовных практик в России. Ау.